Военное духовенство как симптом времени

В рамках Рождественских чтений в Москве состоялось заседание военного духовенства о «духовных смыслах СВО». Этот текст о подмене Евангелия идеологией, о демонизации «другого» и о том, почему христианская вера не может быть оправданием войны.

Иногда, читая новостную ленту, поражаешься тому театру абсурда, который она производит. Попробую прокомментировать одну из таких новостей «со своей колокольни».

«26 января в Краснознаменном зале Центрального дома Российской армии имени М. В. Фрунзе в Москве, в рамках направления «Взаимодействие Церкви с Вооруженными силами и правоохранительными органами» XXXIV Международных Рождественских образовательных чтений «Просвещение и нравственность: формирование личности и вызовы времени», состоялось пленарное заседание Международной научно практической конференции «Защита Православия и Русского мира» залог преображения России». 

Таким образом, в Москве прошло заседание, связанное с темой военного духовенства, в котором, по сообщениям, приняли участие более 500 военных священников. Обсуждали «духовные смыслы СВО». 

На пятом году войны церковные представители, вовлеченные в армейскую повестку, решили наконец искать «духовные смыслы» того беззакония, которое устроило российское государство. «Духовные смыслы» оказались настолько глубоко спрятаны, что за четыре года войны их так и не смогли рассмотреть.

Если кто то ожидал здесь метанойи, отрезвления и возвращения к евангельской правде, то новости об этом не свидетельствуют.

Более 500 священников собрались забыв то, чему они должны учить, в соответствии со своим саном и служением: примирению, диалогу, состраданию, миротворчеству, собрались обсудить, как идеологически правильно убивать своих соседей.

Скажу прямо: само явление «военного священника» в нынешнем виде выглядит как тяжелое противоречие церковному преданию и канонам. Согласно 83 правилу святых апостолов и 7 правилу IV Вселенского Собора, епископ, пресвитер или диакон, упражняющийся в воинском деле, подлежит извержению из сана. Церковь строго возбраняет клирикам вступать на военную службу. Пролитие крови несовместимо со священнослужением.

Во время приветственной части, как сообщалось, прозвучала песня с риторическим названием «Хотят ли русские войны?..». Увы, приходится признать, в подавляющем большинстве своем хотят. Если бы не хотели, эта война бы закончилась не начавшись.

С прискорбием приходится отметить и другое: на данный момент руководство РПЦ не является духовной институцией – это составляющая государственной пропагандистской машины РФ. Под прикрытием «православных ценностей» церковная риторика участвует в милитаризации общества и оправдывает войну псевдосакральными смыслами.

Казалось бы, трагическая история Церкви в России в XX веке должна была раз и навсегда научить, как опасно становиться идеологической подпоркой государства. Но после растерянности 1990-х руководство РПЦ твердо шагнуло на проторенную дорогу слияния с государственным аппаратом. Это, без сомнения, приносит деньги и власть. Но духовная цена этой сделки разрушительна. «Ты говоришь: «Я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды», а не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ, и слеп, и наг» (Откровение).

С докладом выступил митрополит Ставропольский и Невинномысский Кирилл (Покровский), глава синодального отдела по взаимодействию с армией и силовыми структурами. Он связал причины «СВО» с «духовной катастрофой», начавшейся, по его мнению, с Брестской унии 1596 года, когда «часть элиты и иерархии Украины, Польши и Литвы предали веру отцов», и утверждал, что война ведется «не с людьми, а с духами злобы поднебесными». 

Далее прозвучало, что «в окопах уже есть единство и согласие» и «нет никакой розни между народами России», а в армии видится «духовное пробуждение». Единство само по себе не добродетель, если оно не в добре. Единство во зле тоже бывает, и нынешняя война этому пример.

Была приведена статистика: 2000 военных священников посетили зону «СВО», ежедневно с бойцами находятся более 150 священников, 250 тысяч воинов причащались в 2025 году, крестилось за время войны более 52 тысяч человек. 

Как тут не вспомнить евангельское: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного, и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас» (Мф. 23:15).

Принимая Крещение, человек отрекается от сатаны и от всех дел его. Но что такое война, как не самое сатанинское дело в жизни человечества? Что такое Причастие, как не приобщение к Жизни, к Самому Богу, Который не бог определенной нации, цивилизации, не бог смерти, но Бог мира и жизни. И здесь возникает страшное противоречие: над человеком совершаются Святые Таинства, а затем его благословляют идти убивать других людей.

При этом митрополит посетовал, что многое держится на священниках добровольцах (в прошлом году их было 640), а системного подхода нет: в армии около 300 штатных должностей. По его словам, армии «критически не хватает штатных военных священников», и это «метафизика победы, стержень, без которого даже современное оружие может оказаться бессильным». 

Нужно больше шаманов с бубнами, кадила и и прочими «священными» артефактами. Если когда-то евреям не помог в битве даже Ковчег Завета, то вряд ли наличие работника культа поможет армии, ведущей несправедливую войну.

Прозвучали и такие слова: «Нужно иметь все более и более совершенное оружие…» и далее перечисления «сатанистов» среди украинских политиков.  «… Сатанизм этот истребить невозможно, потому что нужна молитва». Затем митрополит призвал к «единству фронта и тыла» и заявил, что если «армия становится Христовым воинством, то и Россия должна стать храмом, а не торжищем. Ибо победа даруется тому народу, у которого вера в Бога самая ясная и крепкая». 

Комментировать подобные высказывания трудно, потому что в них уже задана перевернутая оптика. Требуется «более совершенное оружие», чтобы убивать еще больше людей, и при этом моральный вопрос снимается заранее: любые действия оправдываются тем, что по ту сторону якобы не люди, а «сущностное зло», «сатанисты», «враги веры». Так язык войны получает псевдорелигиозное прикрытие, а сама война начинает подаваться почти как духовная обязанность.

Дальше механизм работает просто. Чтобы убедить себя и других, что происходящее не преступление, а «подвиг», нужно построить мифологию. Историческую линию свести к одной схеме: там с давних времен «предательство» и «отступление», здесь якобы только правота и «богом данная» власть. Тогда свои автоматически оказываются «христолюбивым воинством», а другая сторона превращается в набор ярлыков, где нет места ни человеку, ни боли, ни правде.

Но именно здесь виден разрыв между словами и реальностью. Когда войну объясняют метафизикой и демонизацией, это не приближает к миру и не исцеляет, а только развязывает руки, снимает внутренние запреты и делает зло удобным. Так рождается речь, которая не проповедует Евангелие, а обслуживает насилие.

В целом мероприятие показало одно: смыслов в этой войне нет, их приходится сочинять. И это не частная богословская ошибка собравшихся. Они — часть идеологической машины, которая оправдывает самую кровопролитную войну первой половины 21 века, и несут за это ответственность.

Можно сказать прямо: мы являемся свидетелями глубочайшего кризиса и отпадения от евангельских основ одной из наиболее больших христианских церквей. Будет ли у руководства РПЦ, у клира и прихожан, поддерживающих войну, время и силы это осознать и покаяться, покажет история. Тем же, кто по каким то причинам остается в лоне РПЦ и при этом не поддерживает творящееся в ней безумие, моя безусловная поддержка и признательность.

Анонимный исповедник «Мир Всем»

Поддержать священнослужителя и его семью пожертвованием с зарубежных карт, а также указать имена для поминовения: https://www.mir-vsem.info/donate

В криптовалюте (это анонимно и безопасно):

USDT (TRC20): TRzrvnVUZsDzWkC8U6SGTMBoizMhnidJCV

Bitcoin (BTC): 1FSqTy1ASQJfQRCtNr3vWWmUjPCYHEYHEX

Ethereum (ETH): 0x865538644BC68B0EDEDF0c590581AD1dAB12bd7f