О соборности, войне и христианском ответе. Часть III. Программа действий

«К соборному христианскому ответу на войну»

Введение: единство как христианская норма

В пасхальные дни Церковь с особой ясностью призвана вспомнить о том единстве, о котором Христос молился, обращаясь к Отцу: «да будут все едино». В этой молитве речь идёт не просто о внешней собранности и не только об институциональной принадлежности, но о живом единстве в Боге и в Его любви. Именно поэтому единство Церкви — не украшение и не второстепенный идеал, а вопрос её сущности и достоверности её свидетельства миру.

0. Предварительное условие

Безусловно, прежде чем обращаться к секулярному обществу с миротворческими инициативами и нравственным словом, Церковь призвана разобраться с разделением внутри самой себя.

1. Внутриправославный уровень

   
   

   1.1 Созыв межправославного совещания / комиссии

   
   

Необходимо, чтобы все Предстоятели Поместных Православных Церквей сделали первый решительный шаг и рассмотрели возможность созыва расширенного межправославного совещания или специальной предсоборной комиссии по вопросам миротворчества, единства и кафолического свидетельства Церкви. Потребность в таком обсуждении назрела уже несколько лет назад. Такое совещание, созванное в соответствии с установившейся практикой всеправославного консенсуса, могло бы стать первым шагом к восстановлению соборного голоса Православия.

1.2 Осуждение оправдания агрессивной войны

Необходимо публично и единодушно выразить соборное осуждение тех иерархов и клириков, которые оправдывают агрессивное вторжение на территорию суверенного государства, поскольку такое оправдание противоречит духу Евангелия и каноническому преданию Церкви.

Необходимо выработать соборные рекомендации и механизмы пастырского воздействия в отношении таких лиц, включая призыв к публичному покаянию как пути возвращения к церковному единству, при сохранении всех канонических процедур, предусмотренных правилами Святых Отцов.

1.3 Учение о войне, насилии и миротворчестве

Необходимо сформулировать ясное, богословски выверенное и недвусмысленное учение о войне, насилии и миротворчестве. Сегодня в православном мире отсутствует согласованный язык, который позволил бы отличать допустимое от недопустимого, а трагическое — от оправдываемого. Требуется орос, а не теологумен, в котором будет закреплено, что благословение агрессивной войны, сакрализация насилия и отождествление Царства Божия с геополитическими интересами являются искажением христианской веры и частным проявлением этнофилетизма, осуждённого Константинопольским собором 1872 года как искажение кафолического устроения Церкви.

1.4 Канонические границы участия духовенства в пропаганде

Необходимо определить канонические границы участия духовенства в военной пропаганде. Прямое или косвенное оправдание насилия, использование церковного авторитета в целях мобилизации и освящение оружия должны получить ясную оценку и повлечь за собой соответствующие последствия.

1.5 Межправославный орган миротворчества

Необходимо создать постоянный межправославный орган или комиссию по миротворчеству и медиации конфликтов. Исторически Церковь обладала ресурсом посредничества, но сегодня этот ресурс не институционализирован. Такой орган мог бы выступать площадкой для переговоров, каналом связи и пространством снижения напряжения, что позволило бы Церкви вновь стать не участником конфликта, а посредником в диалоге и примирении враждующих народов.

Необходимо установить канонический механизм взаимного признания антивоенных решений и практик между поместными Церквами, чтобы ни один клирик или мирянин, подвергшийся прещениям по политическим мотивам в одной юрисдикции за верность Евангелию мира, не оставался в каноническом вакууме в другой, при соблюдении принципа автокефалии и канонического порядка.

1.6 Защита репрессированных клириков и мирян

Необходимо восстановить церковное достоинство и признанный статус репрессированных иерархов, клириков и мирян в тех случаях, когда прещения имеют очевидный политический характер. Многие из тех, кто вынужден оставаться в России, испытывают тяжёлую внутреннюю фрустрацию из-за положения церковных «изгоев»: они отвергнуты официальной церковью своей страны и не находят принятия со стороны Вселенской Церкви.

Во многом это связано с тем, что на протяжении столетий церковная педагогика и воспитание строились вокруг принципа «послушание превыше поста и молитвы». Сегодня именно через этот принцип антивоенные христиане нередко оказываются скованы страхом уклониться в ересь, раскол или иное церковное отпадение. В такой ситуации особенно важен ясный и громкий голос более авторитетного церковного института, каковым для христиан и является Вселенский Собор.

1.7 Восстановление баланса между послушанием и личной ответственностью

Требуется восстановить баланс между послушанием и личной ответственностью. Назрела явная потребность глубоко и основательно пересмотреть место тех, кого в Церкви принято называть мирянами, — вернуть им не декларативно, а в реальности церковной жизни достоинство «царственного священства» (1 Пет. 2:9), а вместе с ним — личные права и ответственность, не умаляя при этом значения канонической иерархии. Послушание не может быть абсолютизировано до такой степени, при которой человек утрачивает способность критически различать добро и зло.

1.8 Странноприимство и церковная поддержка

Необходимо восстановить и усилить формы исполнения заповеди странноприимства, а также разработать систему реальной поддержки для преследуемых священников и мирян: церковные убежища; временные приходы, в том числе на территории РФ; финансовую помощь; юридическое и психологическое сопровождение; иные формы поддержки, а также возможность продолжения служения в других юрисдикциях.

Необходимо создать сеть официальных представительств или миссий для антивоенных христиан в разных странах. Это позволило бы преодолеть состояние рассеянности и изоляции, дало бы возможность для координации, совместной молитвы, образовательной и социальной деятельности, а также стало бы знаком того, что Церковь подлинно не оставляет своих.

1.9 Соборное покаяние

Необходимо подготовить почву для соборного покаяния и выработать его практику. В условиях продолжающихся боевых действий, когда люди гибнут с обеих сторон, а взаимная ненависть не прекращается, диалог и подлинная встреча враждующих сторон крайне затруднены. Однако Вселенской Церкви уже сейчас надлежит готовиться ко времени, когда война закончится: составить соборное покаянное послание, подготовить чинопоследования покаянных служб, прошения о прощении за участие в боевых действиях и оправдание насилия, сформировать общецерковные дни молитвы о мире, ввести требование персонализированного публичного покаяния для иерархов, оправдывавших и пропагандировавших идеологию войны, а также определить для них пути восстановления церковного общения, включая временное отстранение, епитимии, дела покаяния и иные меры.

Сюда же следует отнести создание пространства свидетельства, в котором смогут прозвучать голоса пострадавших. Это могут быть открытые конференции, семинары, публикации. Важно, что речь идёт не только о репрессированных священниках и христианах России, но обо всех, кто пострадал в годы этой страшной войны. Так, например, представляется важным усилие Соборной Церкви по возвращению церковной памяти и достоинства всем политическим заключённым, убитым и пострадавшим — как физически, так и психологически. Для этого могли бы быть созданы общецерковные синодики, подобные тем, которые сейчас в России читаются 31 октября в рамках акции «Молитва памяти». Мы наблюдаем печальную тенденцию превращения человека в статистическую новостную единицу: «погибло 10 человек, 20 — пострадало». Церковь же, создав специальную рабочую группу, могла бы, насколько это позволяют её возможности, скрупулёзно возвращать этим людям их имена и биографии, чтобы христиане всего мира могли предметно молиться о живых и усопших.

Наконец, важной формой соборного покаяния должны стать официально разработанные образовательные и просветительские программы. Покаяние должно быть передано дальше; иначе оно останется лишь историческим эпизодом, который, будучи неосмысленным, легко обращается в реваншизм с его лозунгом «можем повторить». Включение темы ошибок, искажений и участия в насилии в образовательные программы и стандарты духовных школ, училищ, семинарий и академий могло бы стать одной из форм проработки коллективной травмы.

1.10 Ревизия литургических чинов

Необходимо последовательно произвести ревизию литургического наследия Церкви и исключить из требников такие чинопоследования, как освящение оружия, молитвы о победе и им подобные, поскольку они не отвечают евангельским принципам.

1.11 Представительство всех слоёв Церкви

В обязательном порядке необходимо, чтобы на данном соборе были представлены голоса всех слоёв Церкви: иерархов разных степеней, богословов, философов, церковных служащих и рядовых христиан.

2. Общехристианский уровень

   
   

   2.1 Пространство межконфессионального диалога

   
   

Далее требуется создание пространства межконфессионального диалога и взаимного доверия: карты инициатив, открытых и закрытых встреч, обмена опытом, формирования сети доверия между христианами разных конфессий.

2.2 Совместное признание войны духовной катастрофой

Необходимо инициировать общехристианский диалог и совместно, на межконфессиональном уровне, признать войну — прежде всего агрессивную, наступательную и идеологически оправдываемую — духовной катастрофой и тяжким грехом против человека, мира и самой природы христианского свидетельства. Требуется не дипломатическая формулировка, а ясное и обязывающее определение, в котором будет зафиксировано, что благословение насилия, сакрализация войны и превращение христианской символики в инструмент мобилизации являются отступлением от евангельского свидетельства. Следствием этого должны стать согласованные формы воздействия на милитаризованную часть христианского мира.

2.3 Корпус практических принципов миротворчества

Необходимо выработать общехристианский корпус практических принципов миротворчества как норму церковной жизни, включающую отказ от дегуманизации врага, признание недопустимости насилия как средства достижения «высших целей» и утверждение приоритета милосердия над идеологией.

2.4 Границы участия христиан в войне

Необходимо определить границы допустимого участия Церкви и христиан в военных конфликтах, ясно обозначив, где проходит граница между трагическим допущением и духовным искажением, где защита переходит в агрессию и где трагедия становится оправданием насилия и зла. Без этого любое участие христиан в войне остаётся неосмысленным и открытым для интерпретаций и манипуляций.

2.5 Межконфессиональный орган посредничества

Необходимо создать постоянный межконфессиональный орган миротворчества и посредничества с международным статусом. Такой орган должен обладать не только символическим, но и практическим авторитетом, выступая в роли медиатора в конфликтах, инициатора переговоров и площадки для диалога. Это могло бы вернуть Церкви её исторически присущую роль силы, способной не только говорить о мире, но и участвовать в его достижении.

2.6 Общий язык христианского свидетельства

Необходимо выработать согласованный язык, на котором христианство сможет говорить с миром. Этот язык должен быть одновременно богословски точным и антропологически универсальным, понятным не только верующим, но и секулярному обществу. Без такого языка христианское свидетельство рискует остаться замкнутым в собственных границах.

2.7 Система поддержки жертв войн и репрессий

Необходимо создать систему реальной поддержки жертв войн и репрессий. Речь идёт о координации усилий всех христианских организаций: гуманитарной помощи, медицинской поддержки, психологического сопровождения, защиты прав. Это должно стать не разрозненной благотворительностью, а единой сетью, в которой христианство проявляет себя как действенная сила милосердия.

2.8 Практика общехристианского покаяния

Необходимо разработать практику общехристианского покаяния за участие в насилии и его оправдании, поскольку нынешние военные действия поддерживает не только православная часть Церкви.

2.9 Переосмысление Церкви как субъекта

Необходимо восстановить понимание Церкви как субъекта, а не только как института. Церковь должна вновь стать пространством, в котором формируется человек, способный не только верить, но и действовать. Это требует пересмотра роли общины, возвращения к практике малых братств и развития форм совместной жизни, в которых миротворчество становится опытом, а не абстрактной идеей.

2.10.Границы сотрудничества с государством

Необходимо определить границы сотрудничества с государствами в условиях конфликта. Собор должен ясно обозначить, что союз с властью не может приводить к оправданию насилия, что лояльность не может подменять истину, а участие в политике не должно разрушать евангельскую основу. Церкви надлежит сохранять право на миротворческий нейтралитет, свободу и авторитет свидетельствовать о зле и проповедовать мир без угрозы государственного преследования.

2.11.Глобальная сеть миротворческих общин

Необходимо сформировать глобальную сеть христианских общин, ориентированных на миротворчество. Эти общины должны быть связаны между собой, регулярно обмениваться опытом и поддерживать друг друга.

2.12.Совместные шаги, возможные уже сейчас

Необходимо начать с конкретных шагов, не откладывая их до «лучших времён». Совместные молитвы, общие заявления, координация помощи и образовательные проекты — всё это может и должно начинаться уже сейчас. Собор лишь закрепит, углубит и усилит эти процессы.

2.13.Реестр «Голоса мира»

Необходимо создать международный христианский реестр «Голоса мира» — открытую базу данных репрессированных и преследуемых христиан всех конфессий, призванную служить их юридической, материальной и молитвенной поддержке на глобальном уровне.

2.14.Декларация о недопустимости сакрализации агрессии

Необходимо принять совместную декларацию о недопустимости использования церковной символики и богослужебных текстов для оправдания агрессии, с обязательством пересмотреть соответствующие литургические чины, включая освящение оружия, во всех традициях.

3. Практические формы реализации

   
   

Речь идёт не просто о встрече представителей разных конфессий, а о попытке вернуть христианству его голос в мире. Если такой Всехристианский собор станет возможным, он мог бы положить начало развёрнутому и согласованному действию, в котором разные христианские конфессии научились бы действовать как единое тело, не утрачивая при этом своей конфессиональной идентичности. Возможными результатами такой работы могли бы стать следующие инициативы.

3.1 «Присутствие мира»

Создание международной межконфессиональной миссии «Присутствие мира», которая могла бы объединить служение на разных уровнях — от дипломатии и переговоров до живого человеческого присутствия в зонах боли, страдания и напряжения. Христиане, руководствуясь апостольским принципом «каждый оставайся в том звании, в котором призван» и обладая различными дарами и талантами, могли бы образовывать малые межконфессиональные группы, каждая из которых действует на своём рубеже: кто-то — за высокими дипломатическими столами, кто-то — рядом с пострадавшими, не разделяя людей по сторонам конфликта. Такая миссия могла бы стать одним из первых воплощений соборного решения, в котором слово о мире обретает плоть и становится присутствием.

3.2 «Христианский гуманитарный альянс»

Параллельно необходимо выстроить координацию гуманитарного служения в форме «Христианского гуманитарного альянса». Сегодня католические, протестантские и православные структуры помощи зачастую действуют параллельно, иногда дублируя друг друга, а иногда оставаясь незамеченными. Между тем объединение усилий без утраты самостоятельности могло бы создать качественно иной уровень христианского присутствия в мире. Такой альянс позволил бы координировать ресурсы, распределять зоны ответственности, обеспечивать быстрый отклик на кризисы и формировать единое свидетельство милосердия.

3.3 «Школа мира»

Создание межконфессиональной программы «Школа мира», призванной объединить и бережно интегрировать богословие, этику и практический опыт миротворчества, накопленный за всю историю христианской Церкви. Речь идёт не о слепом заимствовании форм, а о внутреннем переводе этого опыта на язык каждой традиции, о включении его в её аскетическую, литургическую и богословскую ткань.

3.4 Общее медиапространство

Не менее актуальным в эпоху непрерывного информационного потока представляется формирование единого медиапространства, которое могло бы быть оформлено в виде отдельной инициативы. Координация существующих ресурсов, согласование нарративов, смыслов и посланий способны создать эффект согласованного звучания, в котором различия не исчезают, но становятся соразмерными и узнаваемыми. Это особенно важно в условиях, когда слово обесценивается множественностью и конкуренцией.

3.5 «Обители мира»

Создание сети «Обители мира» (название условное), которые выполняли бы функцию конкретных пространств, где люди, принадлежащие к разным сторонам конфликта, могли бы при посредничестве христианских миссионеров встречаться, говорить, слушать и постепенно возвращать себе способность видеть во враге человека. Такие дома могут существовать в разных формах — как общины, центры или приходы. Их фундаментальная задача состоит в том, чтобы создавать условия для диалога там, где разрушена сама его возможность. Этому, разумеется, необходимо специально обучать.

3.6 «Полевые группы примирения»

В дополнение к этому могли бы быть созданы мобильные «Полевые группы примирения» — небольшие межконфессиональные команды, способные оперативно выезжать в зоны напряжения и кризиса. Их задача — быстрое реагирование, работа с конфликтом на ранней стадии и восстановление коммуникации между людьми. Это своего рода духовная и социальная «скорая помощь», действующая там, где промедление может привести к эскалации насилия. Подобные формы служения уже отчасти известны в некоторых протестантских инициативах и показывают жизнеспособность такой модели.

3.7 «Защитники совести»

Создание программы «Защитники совести», которая могла бы включать не только финансовую, но и юридическую помощь, предоставление убежища, психологическое сопровождение, помощь в трудоустройстве, а также возможность продолжения служения для священников и мирян, подвергающихся преследованию.

3.8 «Общий день мира»

Важным элементом может стать установление общего ритма через глобальную инициативу «Общий день мира». 21 сентября по инициативе ООН отмечается Международный день мира, однако одного дня в году явно недостаточно, чтобы мир стал устойчивой практикой церковной жизни. Церковь могла бы задать годовой ритм, установив ежемесячные акции, молебные пения и иные формы совместного действия, когда христиане разных конфессий по всему миру одновременно совершают молитву, публичное свидетельство и конкретные дела милосердия. Такая инициатива формировала бы опыт сопричастности и ощущение единого времени, в котором Церковь живёт и действует как целое.

4. Заключение

Эта программа не претендует на исчерпывающую полноту, но стремится обозначить возможное направление движения: от разрозненных инициатив — к согласованному христианскому действию, от отдельных жестов доброй воли — к соборной форме миротворчества, от реакции на зло — к созиданию пространства мира. Ни один подобный документ сам по себе не способен установить мир, но он может стать шагом к тому, чтобы христианское свидетельство вновь обрело общую форму, внятность и действенную силу.

Автор текста — анонимный исповедник, который продолжает оставаться в России