Размышления о феномене «Молитвы о святой Руси»
Мир вам, дорогие братья и сестры!
Молитва, которую Патриарх Кирилл обязал читать на каждой Божественной литургии, вызвала большой резонанс в рядах священнослужителей. Мнения о ней самые разные. Её смыслы вызывают споры и непонимание. Однако мне бы хотелось сказать немного об отношении к ней как к молитве в целом.
В своё время я много думал о ней, а также анализировал обстановку, которая складывалась вокруг её существования в РПЦ. Тогда у меня сформировались такие вопросы.
Почему при наличии вопросов и пререканий по поводу текста «молитвы» никакого обсуждения её формулировок и смысла быть не может?
Начну с того, что Патриарх не просто благословил, а именно обязал и принудил каждого священнослужителя читать эту молитву и добавлять соответствующие прошения в ектенью. Учитывая неоднозначность текста «молитвы о Святой Руси», возникает вопрос: что делать, если ты не согласен с чем-то или просто не понимаешь, что именно подразумевается в её прошениях? Что такое «Святая Русь» и о какой победе идёт речь?
С теми, у кого возникают подобные вопросы, в лучшем случае поговорит начальство, приводя совершенно противоречивые доводы и просто стараясь замять проблемы. В худшем просто укажут, что это не твоё дело, Патриарх лучше знает, ты что, самый умный и пр.
То есть никакого диалога и обсуждения текста этой молитвы нет. Её «постановили» читать, даже если ты не согласен. Патриарху, судя по всему, неважно, что ты думаешь, что говорит твоя совесть. Он упраздняет личную свободу и совесть священника, ставя себя на их место. Никакого диалога нет. Церковная власть в России авторитарна.
Можно ли заставить человека читать молитву, если он не согласен с её прошениями?
Не есть ли это кощунство? Как я могу просить о чём-то Бога, когда моя совесть говорит, что это ложь? Обязан ли я слушать человека, который навязывает молитву с прошениями, идущими вразрез с заповедями Библии?
Это важнейшие вопросы, вставшие, думаю, перед многими священнослужителями. Сама сущность молитвы противоположна магическому заклинанию или мантре: мы отвечаем за её смыслы, обязаны произносить слова вдумчиво и осознанно. Но патриарх Кирилл требует произносить её независимо от того, согласен ли ты с её прошениями.
Получается, значение придаётся не осознанному обращению человека к Богу, а самому факту произнесения предписанного текста. Именно так действует не молитва, а заклинание. Об этом свидетельствует невозможность не то что отказа от её чтения, но даже замены одного слова или пропуска какого-то прошения.
Почему Патриарх считает, что именно предложенная им молитва обязательно должна звучать на каждой Литургии?
Получается, его молитва — текст, в котором каждое слово незаменимо. Он приравнял её к Священному Писанию. Что за непомерная гордыня?
Кстати, есть молитвы святых, которые молились о мире в тяжёлое военное время: свт. Николая Сербского, свт. Иоанна Шанхайского, св. Афанасия Ковровского и др. Казалось бы, зачем придумывать что-то, если есть слова святых людей?
Но это не подходит современной РПЦ, потому что здесь цель другая: не мир между братскими народами, а победа одного над другим. Зачем нужно было обязывать читать эту «молитву», которая смущает людей, не объединяет народ, а разделяет, вводит людей в грех?
Для кого она произносится на каждой Литургии?
Примечательно, что эту «молитву» Патриарх обязал читать громко, чётко, во всеуслышание. Без вариантов. Хотя важнейшие молитвы Литургии — перед чтением Евангелия или даже Евхаристический канон — большинство клириков читают «про себя».
Помню, викарный архиерей мне так и сказал: никакие молитвы на службе вслух не произносить. Но именно эту самочинную «молитву» надо говорить громко вслух.
Получается, молитвы Литургии не так важно услышать народу, стоящему в храме, как молитву о победе на войне. Громко и чётко — так, чтобы услышал… не Бог, а народ, в среде которого всегда есть те, кто захочет «доложить» начальству, если что, или, точнее, настоятель, благочинный, епископ.
Поэтому она читается не для Бога, а для начальства: это манифест лояльности и согласия с мнением Патриарха Кирилла и президента страны Владимира Путина.
О чём свидетельствуют репрессии над теми священниками, которые отказываются произносить эту «молитву»?
Также характерно наличие суровых наказаний за отказ читать эту молитву. Патриарх готов лишать сана всех несогласных, притягивая под это церковные каноны.
Неважно, какой ты священник, сколько лет служишь и пр. Не стоят внимания Святейшего и люди, которые теряют своего пастыря, вынуждены менять приход или вообще больше не приходить в храм. Главное — показать светской власти, что ряды подчинённых Патриарха полностью лояльны, а несогласных просто исключаем из числа священников.
Очень просто: не согласен с мнением Патриарха — больше не священник. Не надо для этого менять текст Символа веры или совершать чудовищный грех.
Репрессии носят показательный характер: для светской власти это сигнал всецелой поддержки, для клира — демонстрация силы и беспредельной власти. В целом же столь суровые наказания говорят о том, что для Патриарха Кирилла и его окружения неповиновение в вопросах отношения к светской власти гораздо важнее, чем проблемы морали и этики.
Настоящая христианская молитва по своему смыслу полностью соответствует духу евангельских заповедей и служит умножению любви, доверия и мира между людьми. Мне кажется, предложенная Патриархом Кириллом молитва не соответствует этим критериям.
Следствием её появления стала нездоровая атмосфера внутри РПЦ: репрессии несогласных, отсутствие настоящего диалога с церковной властью и разделения в церковном обществе, доносы со стороны прихожан и клириков на своих же собратьев.
Можно «продавить» и через угрозу наказания заставить кого-то читать твой текст как молитву, но невозможно надеяться, что это останется незамеченным Тем, Кому мы служим. Хотя, по-моему, адресаты у нас разные.
Священник Константин Кокора
Comments