Смоковница и Храм: размышление о современной Русской Православной Церкви

Дорогие друзья! Недавно на богослужении читался евангельский отрывок о проклятии смоковницы (Мф. 21:18–22). Этот текст, как и всё Писание, отражает реалии нашего времени.

Примечательно, что проклятие смоковницы относят к разряду чудес, ведь после него Иисус говорит с учениками о необходимости верить, чтобы творить подобные дела. Но всё равно для нас необычно называть это чудом, потому что оно со знаком «минус». Есть много различных толкований, но в основном всё сводится к тому, что это притча в действии и пророческий жест, показывающий отношение Бога к Своему народу.

В параллельном месте евангелист Марк уточняет, что ещё не было времени для плодов (Мк. 11:13), однако к смоковнице обращается не простой человек, а Сам Творец, и, когда такое происходит, ни одно творение не имеет права отказать. В данном случае под смоковницей подразумевалась иудейская синагога и весь Израиль: то, что иудеи не принесли плодов своей веры, навлекало на них страшные беды. «Да не будет впредь от тебя плода вовек», — говорит Господь. Страшные слова.

Можно было бы расслабиться, ведь они обращены не к нам… Однако иссушение смоковницы, как и тесно связанное с ним изгнание торговцев из Храма, относится к Израилю и ветхозаветной церкви только как наглядный пример. В предельном смысле это относится к каждой поместной церкви и к каждому человеку лично. Если Бог обращается к нам и требует плодов, а мы отказываемся их давать, нас постигает та же участь, что и смоковницу: мы засыхаем. Конечно, у нас всегда есть отговорки: я ещё не готов, почему именно я, я ещё слишком молод или уже слишком стар…

Бог ожидает от нас определённых плодов, и Писание говорит, каких: любви, молитвы за врагов, прощения, примирения, долготерпения и так далее. «Не может дерево доброе приносить плоды худые», — говорит Иисус в другом месте (Мф. 7:18).

Как бывшему священнику РПЦ, мне кажется очень важным обратить внимание на те плоды, которые мы видим в ней. Вместо миротворчества она предлагает молитву о победе, вместо смирения и любви — горделивое превозношение русской национальностью и культ «русского мира», вместо призывов прощать — освящает оружие, а в противнике отказывается признавать людей. Центром церковной жизни становятся не евангельские истины — о них даже говорят гораздо реже, — а регулярно упоминаемые президент, государство и суверенитет. «Любовь без справедливости — это слабость» и «Прощение без справедливости есть капитуляция и слабость», — говорит патриарх, и уже Сам Христос становится «слабаком», а Его заповеди — лишними в РПЦ.

Акты проклятия смоковницы и изгнания торговцев из Храма едины по смыслу. Если смоковница погибает сразу, то у Храма ещё оставалось время: Иисус показывает, что произойдёт, если люди не одумаются и не прекратят превращать дом молитвы в «вертеп разбойников». Полная цитата из книги пророка Иеремии звучит так: «Не соделался ли вертепом разбойников в глазах ваших дом сей, над которым наречено имя Мое? Вот, Я видел это, говорит Господь» (Иер. 7:11).

Господь посылает пророка обличить священников и народ, собравшийся на богослужение в Храме (Иер. 7). Очень важно напомнить, что именно Бог хотел донести до Своего народа.

Во-первых, люди грешат («вы крадёте, убиваете и прелюбодействуете…» и пр.), а затем приходят в Храм, считая, что сам факт нахождения здесь спасёт их, после чего можно продолжать грешить как ни в чём не бывало. Народ верил в свою исключительность и пользовался святыней для оправдания зла.

Во-вторых, люди стали считать главным в отношениях с Богом обряды и жертвы, а не исполнение Его заповедей и повелений: «Слушайтесь гласа Моего, и Я буду вашим Богом, а вы будете Моим народом, и ходите по всякому пути, который Я заповедаю вам, чтобы вам было хорошо» (Иер. 7:23).

Не похожую ли картину мы видим в РПЦ?

Бог осуждает всякое преступление, и храмы РПЦ, в которых плетутся маскировочные сети, проводятся выступления с автоматами, постоянно звучат проповеди о «сатанинском Западе» и «святой Руси»; храмы, в которых прихожане занимаются доносительством на священников, выступающих за молитву о мире; храмы, из которых изгнаны эти самые священники, — по моему мнению, также подпадают под осуждение.

Какая иная участь ожидает церковь, продолжающую называть себя Христовой, но решившую игнорировать призывы Бога и не приносить добрый плод?

Священник Константин Кокора